Журнал судебная экспертиза 2005

Журнал «Судебно-медицинская экспертиза»

От редакции первого тома журнала

Советская судебномедицинская наука теснейшим образом связана с практикой. Потребностями повседневной практической экспертной деятельности определяется тематика научных работ в области судебной медицины. Вместе с тем судебная медицина в силу своей специфики использует современные достижения общей медицины, биологии, физики, химии и т. д.

Однако внедрение результатов научных работ в практику, а также взаимный обмен опытом работы судебномедицинских экспертов и их контакт с юристами в значительной мере затруднялись отсутствием специального регулярно выходящего журнала по судебной медицине. Заседания Всесоюзного научного общества судебных медиков и криминалистов и его местных филиалов, созываемые время, от времени научные конференции и совещания, а также издание на местах различных непериодических сборников научных работ по судебной медицине не могли полностью обеспечить указанную потребность.

В настоящее время в связи с выходом в свет журнала этот пробел будет устранен.

Журнал должен отражать опыт и достижения советской судебномедицинской науки и практики; обогащать научными знаниями экспертов-практиков, публиковать их ценные наблюдения; освещать современное состояние вопросов судебной медицины и пограничных областей; обобщать наиболее ценные и полезные данные судебномедицинских исследований, проводимых за рубежом.

Журнал рассчитан на широкий круг судебномедицинских работников, врачей-лечебников, организаторов здравоохранения, а также работников прокуратуры, суда и адвокатуры.

Редакция ставит своей задачей публиковать в журнале: оригинальные статьи, посвященные проблемным вопросам и темам, которые представляют интерес для работников советского правосудия и здравоохранения; дискуссионные статьи и материалы в целях правильного решения спорных и неясных вопросов путем всестороннего обсуждения; тематические обзоры, позволяющие обобщать опыт и рекомендации по данным литературы и итогам научных исследований; материалы экспертной практики, рецензии, рефераты, информации о съездах, конференциях, совещаниях и хронику.

Редакция обращается ко всем работникам судебной медицины, органов следствия и суда, а также к адвокатам с призывом принять активное участие в деятельности нового журнала.

Каганов Александр Шлемович

работает в Институте языкознания с марта 2014 г.
E-mail: [email protected]

Родился в г. Москве 23 января 1946 г. Окончил Московский авиационный (1971 г.) и Московский физико-технический (1975 г.) институты.

С 1983 г. кандидат технических наук. В 1993 г. утвержден в научном звании старшего научного сотрудника.

Специализируется в области криминалистических аспектов прикладной лингвистики. Его научные интересы связаны с разработкой методов криминалистической идентификации личности по голосу и звучащей речи, исследования биометрических характеристик речевого аппарата и функционально-динамических комплексов устно-речевых навыков, анализа просодических и спектральных характеристик речевого сигнала.

Эксперт (судебный) отдела криминалистической экспертизы 111-го Главного государственного центра судебно-медицинских и криминалистических экспертиз Министерства обороны Российской Федерации.

Член Палаты судебных экспертов имени Ю.Г. Корухова.

Монографии, учебники, учебные пособия:

  • Криминалистическая экспертиза видео– и звукозаписей. Краткая энциклопедия. – М. Юрлитинформ, 2014. – 280 с. (В соавторстве с Л.Ф. Назиным)
  • Криминалистическая идентификация личности по голосу и звучащей речи. Монография. 2–е изд., перераб. и доп. – М. Юрлитинформ, 2012. – 296 с.
  • Криминалистическая идентификация личности по голосу и звучащей речи. Монография. – М. Юрлитинформ, 2009. – 291 с.
  • Криминалистические исследования видео– и звукозаписей // Криминалистика: информационные технологии доказывания. Учебник для вузов. М. Зерцало–М, 2007.
  • Криминалистическая экспертиза звукозаписей. Монография. – М., Юрлитинформ, 2005. – 272 с.
  • Современные методы, технические и программные средства, используемые в криминалистической экспертизе звукозаписей / под общей ред. А.Ш. Каганова. М., РФЦ СЭ Минюста России, 2003. (Совместно с группой авторов).
  • Средства фоно– и видеотехники как источник доказательственной информации // Вещественные доказательства. Информационные технологии процессуального доказывания. М., Норма, 2002. – 768 с.

Статьи в периодических научных журналах и сборниках:

1) Статьи, опубликованные в ведущих рецензируемых научных журналах, рекомендованных ВАК:

  • Каганов А.Ш. Об устойчивости идентификационных признаков в задаче криминалистической идентификации личности по голосу и звучащей речи. // Научно-практический журнал “Судебная экспертиза” № 4 2007.
  • Каганов А.Ш. Анализ нерегулярностей основного тона при исследовании характеристик источника возбуждения речевого тракта говорящего. // Научно-практический журнал “Судебная экспертиза” № 1 2008.
  • Каганов А.Ш. Инструментальное исследование источника возбуждения речевого тракта при идентификации личности. // Научно-практический журнал “Судебная экспертиза” № 3 2008.
  • Каганов А.Ш. Инструментальное исследование спектральных характеристик русских гласных в задаче криминалистической идентификации личности по звучащей речи. // “Вестник московского университета”. Сер. 9. Филология. 2008. № 5. стр. 30-39.
  • Каганов А.Ш. ФДК навыков звучащей речи как источник криминалистической информации. // Научно-практический журнал “Судебная экспертиза” № 2, 2009, стр. 75-88.
  • Каганов А.Ш. Об устойчивости идентификационных признаков, основанных на ФДК навыков звучащей речи. // “Вестник московского государственного лингвистического университета” // Выпуск 575 «Языкознание». стр. 122-133. – М. ИПК МГЛУ «Рема», 2009.
  • Каганов А.Ш. О получении образцов голоса и речи фигурантов криминалистической экспертизы звукозаписей // Научно-практический журнал “Теория и практика судебной экспертизы” № 3. – М. РФЦСЭ при Минюсте России, 2010, стр. 137-140.
  • Каганов А.Ш. Формирование концепции “стыка” в задаче криминалистической идентификации личности по голосу и звучащей речи. // Научно-практический журнал “Теория и практика судебной экспертизы” № 2. – М. РФЦСЭ при Минюсте России, 2010, стр. 128-130.
  • Каганов А.Ш. Об источниках идентификационных признаков в задаче судебно — медицинской идентификации личности по голосу и звучащей речи. // Журнал “Судебно-медицинская экспертиза” № 6 2012, стр. 20-24.
  • Каганов А.Ш. Использование ФДК навыков звучащей речи в задаче судебно-медицинской идентификации личности говорящего. // Журнал “Судебно-медицинская экспертиза” № 1 2013, стр. 24-26.
  • Каганов А.Ш. Инструментальное исследование спектральных характеристик речи в задаче криминалистической идентификации говорящего. // “Вестник РГГУ” // № 8 (109) Серия «Филологические науки. Языкознание» // Московский лингвистический журнал. Том 15. стр. 164-181. – М. 2013.
  • Каганов А.Ш. Об использовании спектральных характеристик речи для определения биометрических параметров речевого тракта в задаче судебно-медицинской идентификации личности говорящего // Журнал “Судебно-медицинская экспертиза” № 1 2014, стр. 26-29.
  • Каганов А.Ш. Использование методов моделирования для преодоления низкой сопоставимости исходного и сравнительного речевого материала в задаче криминалистической идентификации говорящего // Журнал “Вопросы психолингвистики” № 3 (21) 2014, стр. 50-59.
  • Каганов А.Ш. Использование методов кибернетического моделирования в задаче медико-криминалистической идентификации личности по голосу и звучащей речи // Журнал “Судебно-медицинская экспертиза” № 3 2015, стр. 40-43. (совместно с к.м.н. П.А. Кирьяновым).
  • Каганов А.Ш. Аудитивный анализ в задаче медико-криминалистической идентификации говорящего // Журнал “Судебно-медицинская экспертиза” № 2 2016, стр. 24-26.
  • Каганов А.Ш. Применение методов спектрального анализа в задаче медико-криминалистической идентификации говорящего // Журнал “Судебно-медицинская экспертиза” № 5 2016, стр. 36-38. (совместно с к.м.н. П.А. Кирьяновым).
  • Каганов А.Ш. Спектральный анализ как инструмент исследования функционально-динамических комплексов устно-речевых навыков в задаче медико-криминалистической идентификации говорящего // Журнал “Судебно-медицинская экспертиза” № 6 2016, стр. 38-40. (совместно с к.м.н. П.А. Кирьяновым).

2) Прочие публикации:

  • Каганов А.Ш. Кибернетические методы идентификации по голосу. // Вопросы судебно-фоноскопической экспертизы: Материалы научно-практического семинара. Тбилиси, 1988.
  • Каганов А.Ш. Применение теории и методов распознавания образов в судебно-фоноскопической экспертизе // Вопросы судебно-фоноскопической экспертизы: Материалы научно-практического семинара. Тбилиси, 1988.
  • Каганов А.Ш. Современные автоматизированные методы исследования звукозаписей в зарубежной криминалистике. // Использование математических методов и ЭВМ в экспертной практике: Сб. науч. тр. М., 1989.
  • Каганов А.Ш. Вопросы автоматизации спектрального преобразования речевого сигнала при производстве экспертизы. // Экспертная техника. Выпуск 125: Исследование видео- и звукозаписей. М., 1995.
  • Каганов А.Ш. О математических моделях экспертной идентификации и диагностики // Экспертная техника. Выпуск 125: Исследование видео- и звукозаписей. – М., 1995.
  • Каганов А.Ш. Применение аппаратурно-программных комплексов при проведении криминалистических экспертиз звукозаписей. // Тезисы международной конф. “Информатизация правоохранительных систем”. М., 1995.
  • Каганов А.Ш. Средства фоно- и видеотехники как источник доказательственной информации // Вещественные доказательства. Информационные технологии процессуального доказывания. М., Норма, 2002.
  • Каганов А.Ш. Современные методы, технические и программные средства, используемые в криминалистической экспертизе звукозаписей / под общей ред. А.Ш. Каганова. М., РФЦ СЭ, 2003. (Совместно с группой авторов).
  • Каганов А.Ш. Криминалистическая экспертиза видео- и звукозаписей // Возможности производства судебной экспертизы в государственных судебно-экспертных учреждениях Минюста России. М., РФЦ СЭ, 2004.
  • Каганов А.Ш. Об использовании относительных просодических и спектральных характеристик в задаче криминалистической идентификации личности по звучащей речи. // Международная конференция “Теория и практика речевой коммуникации” / Тезисы докладов. М, 2004.
  • Каганов А.Ш. Особенности идентификации личности говорящего по зашумлённым фонограммам. // Теорiя та практика судовоi експертизи i кримiналiстики. Збiрник науково-практичних матерiалiв. Випуск 5. Харкiв, Право, 2005.
  • Каганов А.Ш. Особенности исследования акустических характеристик говорящего при наличии на фонограмме шумов и помех (криминалистический аспект). // Международная конференция “Функциональные стили звучащей речи ” / Тезисы докладов. М, 2005.
  • Каганов А.Ш. Криминалистические исследования видео- и звукозаписей // Криминалистика: информационные технологии доказывания. М. Зерцало-М, 2007.
  • Каганов А.Ш. О теоретических основаниях использования спектрального анализа для оценки устойчивых биометрических характеристик речевого тракта в задаче медико- криминалистической идентификации личности по голосу и звучащей речи // Актуальные вопросы медико-криминалистической экспертизы: современное состояние и перспективы развития / под ред. проф. В.А. Клевно. – 2013. ISBN 978-5-903341-09-2.
  • Каганов А.Ш. Использование сенсорной коррекции в процессе управления порождением речи. // Жизнь языка в культуре и социуме-5. Материалы конференции. Москва, 29-30 мая 2015 г. / Ред. коллегия: Е.Ф. Тарасов (отв. ред.), Н.В. Уфимцева, В.П. Синячкин, Д.В. Маховиков. – М.: Издательство «Канцлер», 2015. – 276 с. (стр. доклада: 104–105).
  • Каганов А.Ш. Взаимосвязь перцептивного и инструментального анализа звучащей речи (по материалам лабораторного эксперимента). // Деятельный ум: от гуманитарной методологии к гуманитарным практикам. Часть I. Материалы XVIII Международного симпозиума по психолингвистике и теории коммуникации “Теория речевой деятельности: практика и экспериментˮ, Москва, 24–26 мая 2016 г. / Ред. коллегия: Е.Ф. Тарасов (отв. ред.), Н.В. Уфимцева, О.В. Балясникова, Д.В. Маховиков, А.А. Степанова. – М.: Издательство «Канцлер», 2016. – 316 с. (стр. доклада: 175–177).
  • Каганов А.Ш. Естественный и лабораторный эксперимент в задаче криминалистической идентификации говорящего. // Жизнь языка в культуре и социуме – 6. Материалы международной научной конференции. Москва, 26–27 мая 2017 г. / Ред. коллегия: Е.Ф. Тарасов (отв. ред.), Н.В. Уфимцева, В.П. Синячкин, Д.В. Маховиков, О.В. Балясникова, А.А. Степанова, С.В. Дмитрюк. – М.: Издательство «Канцлер», 2017. – 342 с. (стр. доклада: 314–315).

Судебно-психологическая экспертиза в уголовном процессе

Опубликовано: Российское право: образование, практика, наука № 4 (9) 2005

Предметом судебно-психологической экспертизы (СПЭ) являются любые психологические особенности психически здоровых людей [1] . Например, предметом судебно-психологической экспертизы является не установление достоверности показаний, что относиться к компетенции следователя, суда, а особенности протекания у лица (свидетеля, потерпевшего и др.)психических процессов объективно воспринимать, сохранять в памяти и воспроизводить сведения, входящих в предмет доказывания.

Объектом судебно-психологической экспертизы служит живой человек. Однако судебно-следственной практике известны случаи проведения судебно-психологической экспертизы в отсутствии человека, например, когда он умер до суда. Посмертная экспертиз в осуществляется только по материалам дела (протоколы допросов, письма, дневники, записки, магнитофонные и видеозаписи и др.).

Судебно-психологические экспертизы классифицируются в зависимости от правового статуса подъэкспертного и разрешаемых вопросов. Процессуальное положение испытуемого позволяет выделить судебно-психологическую экспертизу свидетеля, потерпевшего, подозреваемого, обвиняемого, гражданского истца и гражданского ответчика.

Вопросы, разрешаемые судебно-психологическими экспертизами, дают возможность систематизировать их по направлениям:

1. Экспертиза индивидуально-психологических особенностей обвиняемого (подсудимого)(т.е. анализ психологической характеристики личности) и их влияние на его поведение во время совершения инкриминируемых ему деяний. Экспертное заключение судебного психолога может быть использовано в целях индивидуализации уголовной ответственности и наказания. Например, эксперт отвечает на вопрос о соответствии возраста психического развития хронологически достигнутому.

2. Экспертиза психологического состояния (аффекта, стресса, фрустрации, депрессии др.) у обвиняемого (подсудимого) в момент инкриминируемых ему деяний. Экспертное заключение используется для установления состояния сильного душевного волнения (аффекта) обвиняемого в момент совершения преступления. Определение состояния аффекта имеет значение для квалификации по ст. 107 УК РФ и ст. 113 УК РФ.

3. Экспертиза склонности несовершеннолетних (малолетних) к повышенной внушаемости, фантазированию.

4. Экспертиза способности несовершеннолетнего обвиняемого (подсудимого) с отставанием в психическом развитии, не связанным с психическими заболеваниями, полностью сознавать себя, давать себе отчет в своих действиях.

5. Способности потерпевших от половых преступлений правильно воспринимать характер и значение действий преступника и оказывать ему сопротивление.

6. Экспертиза способности свидетеля или потерпевшего объективно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать о них правильные мнения.

7. Экспертиза наличия или отсутствия у лица в период предшествующих смерти, психологического состояния, предрасполагающего к самоубийству.

8. Экспертиза обстоятельств, связанных с управлением техникой.

9. Экспертиза возможного психологического давления со стороны работников правоохранительных органов на участников судопроизводства (обвиняемого, потерпевшего и др.) в период расследования преступления.

Судебно-психологические экспертизы проводятся комиссией экспертов или одним экспертом. Компетентность эксперта заключается в наличии высшего специального психологического образования, опыта преподавания психологии или опыта экспертной деятельности в качестве эксперта-психолога.

В литературе по вопросу о моменте назначения судебно-психологической экспертизы высказаны различные точки зрения. Одни авторы считают, что экспертиза должна назначаться на начальном этапе расследования (В.В. Яровенко), другие – что ее целесообразно назначать на ранних этапах предварительного следствия (М.М. Коченов).

Представляется, что судебно-психологическая экспертиза должна проводиться, когда следователь собрал достаточно материалов для всестороннего исследования личности, выявили изучил все обстоятельства дела, подлежащие доказыванию. Судебно-психологическая экспертиза, как правило, назначается амбулаторно.

Стационарное экспертное обследование проводиться при производстве судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы. Специальных центров организации и производства судебно-психологических экспертиз не существует. Поэтому правоохранительные органы поручают производство экспертизы «Психиатрической больнице» или «психоневрологическому диспансеру».

На наш взгляд, привлекать в качестве экспертов психологов, работающих в психиатрических медицинских учреждениях нецелесообразно, т.к. систематическое общение психологов с психически больными лицами оказывает негативное влияние на его профессиональные знания.

Например, при оценке заключения судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы было установлено, что эксперт-психолог отвечал на поставленный вопрос о психическом состоянии подъэкспертной, в момент совершения сделки указывает: «у испытуемой отсутствуют симптомы параноидальной шизофрении, она не испытывала отклонений в психической деятельности…расстройства волевой сферы… и др.».

Следовательно, можно утверждать, что у эксперта-психолога, как специалиста в области здоровой психики, появились признаки профессиональной деформации в сторону психиатрии – науки о происхождении и сущности психических заболеваний (расстройств), их клинических проявлениях и лечении.

Судебно-психологические экспертизы целесообразно проводить в высших учебных заведениях, имеющих специалистов в области психологии (общей и специальной). На кафедре правовой психологии и судебных экспертиз Уральской Государственной Юридической Академии (зав кафедрой профессор И.Н. Сорокотягин) постоянно проводятся судебно-психологические и комплексные психологические экспертизы.

Взаимодействие правоохранительных органов и УрГЮА благополучно сказывается на подготовке будущих юристов.

Судебно-психологические экспертизы назначаются и проводятся в уголовном, гражданском, арбитражном процессе, а также по делам об административных нарушениях.

1. Судебно-психологическая экспертиза в уголовном процессе.

В практике деятельности следователя и суда наиболее часто применяется психологическая экспертиза физиологического аффекта. Аффект – эмоциональный компонент субъективной стороны преступления. Аффект (волнение, переживание) – состояние сильного душевного волнения. Эмоциональный процесс, быстро овладевающий человеком, протекающий бурно, со значительным изменением сознания и нарушением волевого контроля за действиями (утратой самообладания). Он развивается в критических условиях при неспособности субъекта найти адекватный выход из неожиданно сложившейся ситуации.

Читайте так же:  Как создать свою компанию по созданию игр

С целью определения аффекта у обвиняемого (подсудимого) назначается судебно-психологическая или комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза.

Эксперты признают наличие аффективного состояния у подъэкспертного тогда, когда найдут подтверждение развития трех стадий психического состояния.

Первая – нарастание эмоционального напряжения, которое может быть кумулятивным, накопительным (длительная психотравмирующая ситуация, вызванная систематическим противоправным или аморальным поведением) или мгновенным (психическая реакция на раздражитель – грубое, циничное оскорбление). К сожалению, в юридической и психологической литературе проблемам кумулятивного аффекта, эмоционального состояния, оказавшим существенное влияние на сознание и поведение лиц, совершивших агрессивно-насильственные действия, уделяется незначительное внимание.

Вторая – эмоциональный (аффективный) взрыв, который может произойти даже по незначительному поводу («последняя капля»). Это чаще всего результат противоправного или аморального поведения потерпевшего.

При эмоциональном взрыве у человека появляются дополнительные физические силы и возможность нанесения многочисленных ударов, он может оказать активное сопротивление более физически сильному сопернику. Важнейшей особенностью эмоциональной стадии аффективного состояния человека является «сужение сознания до пределов психотравмирующей ситуации».

Третья – спад (угасание) аффективного возбуждения.

Для решения вопроса, находилось ли лицо в аффективном состоянии, выясняют: характер аффективной ситуации; индивидуально-психологические особенности личности; психофизиологическое состояние лица накануне событий; действия субъекта в момент аффекта, включая двигательные реакции, мимику, речь и т.д.; поведение лица сразу же после совершения тех или иных действий, его реакцию на слова окружающих, отношение к своему поведению и его последствиям.

Подъэкспертная Т. 26 лет, обвиняется в нанесении ранения мужу. Из материалов уголовного дела известно, что супруги Т.последнее время ссорились.

Т.жаловалась подругам, что ее муж часто бывает в нетрезвом состоянии, своим поведением компрометирует ее, дома невыносим. В день правонарушения пришел домой с друзьями с намерением провести вечер за ужином со спиртным, чем нарушил планы жены, которая собиралась к подруге на день рождения. В течение часа хозяйка терпела присутствие гостей, борясь с раздражением, вызванным недомоганием ребенка и усталостью. Примерно через час Т., не принимавшая участие в ужине, потребовала, чтобы гости покинули комнату. После их ухода муж начал упрекать жену в неделикатности и эгоизме, постепенно переходя к угрозам. Т. Ответила, что если он попробует ее тронуть, она ударит его ножом (который как раз мыла под струей воды). Муж со словами: «Ты мне жена, что хочу, то и делаю!» ударил Т. несколько раз по лицу. Женщина, не подвергавшаяся ранее физическому насилию, сначала растерялась, а затем находившимся в руке кухонным ножом нанесла мужу удар в живот. Сам момент удара она помнит плохо, но отчетливо запомнила, что муж тихо отошел к креслу, зажав живот рукой. Увидев кровь Т.выбежала к дежурной по коридору (супруги жили в общежитии), которой несколько минут не могла объяснить, кому и зачем нужна врачебная помощь. Выглядела испуганной, заикалась. Вышедшим на шум жильцам она объяснила, что случилось, вернулась в свою комнату, где помогла оказать мужу первую помощь. Сопоставив объективные признаки душевного волнения (внешний вид, эмоциональные нарушения речи, целесообразность действий, речевой контакт с окружающими) с динамикой развития ситуации и личностными особенностями Т.(вспыльчивый, несдержанный характер, легко переходит от раздражения к гневу), эксперты пришли к выводу, что степень ее душевного волнения в момент преступления достигла выраженности, свойственной состоянию физиологического аффекта.

Уголовный кодекс РФ расширил понятие аффект применительно к квалификации преступлений по соответствующим статьям. Поэтому необходимо говорить о составах преступлений по ст.107 и 113 с позиций не только физиологического аффекта в чистом виде, но и других эмоциональных состояний (стресса, тревоги, тревожности, страха, ужаса, фрустрации, депрессии и др.).

Вопрос о соответствии возраста, психического развития хронологически достигнутому возникает обычно при расследовании преступлений 14-15 летних подростков для выяснения степени их ответственности. Поводом для назначения судебно-психологической экспертизы служит либо их неадекватное поведение при совершении правонарушения (преобладание мотивов детской шалости, бездумное отношение к сокрытию следов правонарушения и т.п.), либо недопонимание ситуации расследования.

Например, дети, воспитанные в обстановке семейной запущенности и часто сталкивающиеся с проявлениями противоправного поведения и ситуациями расследования, оценивают противозаконную сущность своих поступков верно, однако общий уровень их представлений о характере отношений между людьми может находиться на очень низком уровне.

Вопрос о способности потерпевшей понимать значение действий, направленных на изнасилование, возникает в большинстве случаев, когда речь идет о девушках 15-16 лет, недостаточно ориентирующихся в обстоятельствах полового акта, в то время как о значении самого полового сношения у них имеются определенные представления. Поэтому с помощью судебно-психологической экспертизы оценивается степень добровольного вступления в половое сношение.

Значительно реже объектом экспертизы выступают девочки, воспринимающие изнасилование как действие, о физиологическом, моральном и социальном значении которого у них нет ясного представления.

Подъэкспертная С., 12 лет. Воспитывалась в неблагополучной семье. Девочка росла замкнутой, мало играла со сверстницами, по характеру была упрямой, настороженной. В школе училась плохо. Отставание в психическом развитии сочеталось с физической акселерацией. Однажды подростки позвали ее играть, объяснив, что по правилам игры она должна раздеться и лечь с одним из мальчиков в кровать. С.поверила им и вступила с одним из подростков в половое сношение, но, почувствовав боль, «обиделась и убежала». Эксперты судебно-психологической экспертизы пришли к заключению, что согласие на половое сношение, данное пострадавшей, следует рассматривать как результат неведения, навязывания ей условия игры, последствий которой она не могла предположить.

В процессе расследования и судебного разбирательства преступления могут назначаться судебно-психологические экспертизы с целью разрешения и других вопросов (например, определение способности верно воспринимать имеющие для дела обстоятельства и давать о них правдивые показания; определение наличия или отсутствия у лица в период, предшествовавший смерти, психического состояния, предрасполагающего к самоубийству и др.).

Важнейшим направлением использования психологических познаний являются комплексные судебно-психологические экспертизы.

Основное назначение комплексной экспертизы – решение вопросов, относящихся к пограничным знаниям экспертов, когда составляются полиаспектные (целостные) представления об исследуемом объекте. с учетом сказанного среди комплексных психологических исследований выделяются: психолого-психиатрическая, психолого-криминалистическая, психолого-автотехническая, психолого-вокалографическая, психолого-светотехническая, психолого-искусствоведческая, медико-психологическая, психолого-педагогическая, психолингвистическая экспертиза и др.

Судебная психолого-психиатрическая экспертиза проводиться по следующим вопросам:

· Констатация или отрицание факта психопатии;

· Установление физиологического аффекта в момент совершения противоправных действий у лиц, страдающих психическими заболеваниями (шизофренией, эпилепсией, маниакально-депрессивным психозом и др.);

· Определение общего недоразвития психики несовершеннолетнего, когда наблюдается нарушение его познавательной деятельности (например, олигофрения в легкой степени дебильности);

· Установление признаков, указывающих на функциональные нарушения высшей нервной деятельности, неврозы и др.;

· Определение психического состояния свидетелей и потерпевших, обнаруживающих признаки олигофрении в степени дебильности, психопатии, психофизического инфантилизма и иных пограничных состояний.

Судебная психолого-криминалистическая экспертиза проводиться с целью изучения интеллектуальной деятельности лица, в том числе его письменной и умственной речи. Основное внимание здесь уделяется психолого-почерковедческой экспертизе. Перед экспертами (психологом, криминалистом-почерковедом) ставятся, как правило, вопросы о том, является ли конкретное лицо автором и исполнителем исследуемого документа и в каком психофизическом состоянии находилось лицо, исполнившее исследуемый документ.

Судебная психолингвистическая экспертиза назначается для исследования устной и письменной речи лица (графических, мимических, пантомимических, вокалографических и других признаков). Она помогает установить личностные качества, психические состояния и процессы, проявившиеся в речи, а также авторство письменного документа. Лингвисты устанавливают действительное значение конкретных слов, выражений, словосочетаний и словесных оборотов, которые использует в речи обследуемый.

Особенностью психолого-автотехнической экспертизы является совмещение решения чисто инженерных, технических задач с изучением психологических аспектов восприятия водителем дорожной обстановки. Поэтому данную экспертизу целесообразно поручать специалисту в области общей и специальной психологии (например, инженерной). Психолого-автотехническая экспертиза устанавливает способность водителя к приему и переработке поступающей к нему информации о дорожно-транспортной ситуации, его индивидуальные психологические свойства и психофизиологическое состояние в момент ДТП (дорожно-транспортного происшествия).

Перед экспертами могут быть поставлены такие вопросы:

· Каковы профессиональные качества и психофизиологические способности водителя;

· Соответствовала ли дорожная обстановка психофизиологическим возможностям водителя;

· Каким образом оборудование кабины, приборы управления и другие средства отражения информации повлияли на психофизиологические особенности водителя.

Медико-психологическая экспертиза проводиться с целью установления психологических последствий наличного или ранее перенесенного лицом соматического заболевания, признаков умственной отсталости или иных психических особенностей, вызванных перенесенными соматическими заболеваниями.

Психолого-искусствоведческая экспертиза обычно назначается при расследовании уголовных дел, связанных с демонстрацией видеофильмов. Цель экспертного исследования – установить, является ли видеофильм порнографическим или пропагандирующим культ насилия и жестокости. Производство данной экспертизы поручается искусствоведам, специализирующимся на киноведении, и психологам (общим, медицинским, педагогическим и др.).Особенно возрастает роль психолого-искусствоведческой экспертизы при исследовании фильмов, содержащих сцены насилия и жестокости. Сложность их экспертной оценки заключается в том, что психологи и искусствоведы должны обстоятельно доказать, что способ показа жестокости, насилия, истязания преследует цель возбудить у зрителей низменные чувства и инстинкты.

Психолого-светотехническая экспертиза позволяет выяснить особенности светотехнических условий восприятия. Проводиться она с участием специалистов в области инженерной психологии и светотехников. Экспертиза по делу о дорожно-транспортном происшествии, например, устанавливает, как светотехнические условия повлияли на психологию восприятия водителем дорожной ситуации.

Психолого-педагогическая экспертиза проводиться с целью выявления закономерностей обучения и воспитания ребенка, установления у него психической депривации, педагогической запущенности, психофизического инфантилизма, интеллектуального развития, возможностей и путей улучшения психического развития, способностей родителей (одного или обоих) по воспитанию и обучению ребенка и др.

[1] При наличии сомнений в психической полноценности лица, назначается судебно-психиатрическая экспертиза.

Все данные, имена и должности публикуются на дату выхода соответствующего номера журнала.

6.3. Судебная автороведческая экспертиза

В судопроизводстве часто возникает необходимость в назначении судебной автороведческой экспертизы. Автороведческая экспертиза назначается в случаях, когда необходимы специальные филологические знания в области исследования речи для установления факта авторства текста.

Автороведческие экспертизы не так распространены, как другие роды судебных экспертиз, связанных с исследованием документов, что объясняется их сложностью и трудоемкостью. Тем не менее автороведческая экспертиза в последнее время стала более востребована. Это объясняется значительным ростом дел, связанных с усилением охраны нематериальных благ и расширением правовых форм их защиты.

Анализ экспертной практики судебных автороведческих экспертиз показывает, что автороведческие экспертизы проводятся в связи с рассмотрением гражданских исков о защите авторских и смежных прав, защите чести, достоинства граждан, деловой репутации граждан и юридических лиц, защите прав на товарный знак, доменное имя и др.

В широком смысле слова автороведческая экспертиза может назначаться для установления авторства не только письменных произведений, печатных документов, но и компьютерных программ, фонограмм звучащих текстов, научных разработок.

По уголовным делам автороведческая экспертиза нередко назначается в случае отказа в судебном заседании обвиняемого от так называемого чистосердечного признания, данного в рамках дознания или предварительного следствия, когда свидетель, обвиняемый отказывается от авторства ранее данных показаний, утверждая, что они даны с «чужих слов», а также в случае уголовно-правового преследования за такие преступления, как нарушение авторских и смежных прав (ст. 146 УК РФ), публичные призывы к экстремисткой деятельности (ст. 280 УК РФ), возбуждение ненависти и вражды, а равно унижение человеческого достоинства (ст. 282 УК РФ), а также незаконное распространение порнографических материалов или предметов (ст. 242 УК РФ), клевета (ст. 129 УК РФ), оскорбление (ст. 130 УК РФ), заведомо ложное сообщение об акте терроризма (ст. 207 УК РФ), когда автор и исполнитель устного или письменного сообщения, составляющего объективную сторону преступления, разные лица, при том что автор неизвестен (анонимен, выступает под псевдонимом или от имени другого лица) и подлежит установлению. Успех расследования указанных преступлений во многом зависит от того, насколько полно удалось использовать возможности судебной автороведческой экспертизы для установления истинного автора того или иного речевого произведения. Такая зависимость объясняется тем, что большинство из перечисленных преступлений совершается, как правило, завуалированными способами, в числе которых используются приемы маскировки и имитации авторства криминогенного текста, анонимизации и псевдонимизации распространяемых сведений. Установление этих обстоятельств без проведения судебных автороведческих экспертиз представляется затруднительным.

Предметом автороведческой экспертизы является установление фактических данных, подтверждающих или опровергающих соответствие характеристик исследуемых текстов индивидуальным письменно-речевым навыкам конкретного автора.

Научную основу автороведческой экспертизы составляет система знаний об условиях и закономерностях речевого поведения человека, определяющих индивидуальность письменной речи, ее динамическую устойчивость и вариативность.

Сущность судебной автороведческой экспертизы состоит в том, чтобы с помощью специальных знаний исследовать продукты речевой деятельности, тексты с целью определения их фактического авторства.

При производстве экспертизы по конкретным делам эта основная задача автороведческого исследования уточняется в зависимости от цели проводимого исследования и обстоятельств дела (например, когда есть основания считать, что автор текста намеренно исказил признаки навыков своей письменной речи).

К задачам автороведческой экспертизы по различным категориям гражданских дел относятся идентификационные и диагностические задачи. В рамках этой экспертизы можно определить круг задач, решение которых и составляет содержание судебной автороведческой экспертизы.

При решении идентификационных задач по установлению автора текста, декларируемое авторство которого оспаривается, эксперт отвечает на вопросы:

— является ли гр-н Н. автором письменного (машинописного, рукописного, электронного) или устного текста (на фонограмме), содержащегося на представленном носителе?

— является ли гр-н Н. автором нескольких текстов, соответственно содержащихся на представленных носителях?

При решении диагностических задач по установлению социально-психологического портрета автора текста, особенностей автора как языковой личности, специфики его речевого поведения в дискурсе и так далее эксперт отвечает на вопросы:

— каковы пол, возраст, образование, родной язык, профессия, род занятий, уровень речевой культуры и языковой компетентности автора текста?

— в каком состоянии находился автор исследуемого текста во время его составления: в обычном или необычном психофизиологическом состоянии (измененном состоянии сознания вследствие алкогольного или наркотического опьянения, стресса, физической усталости, болезненном состоянии и т.п.)?

— имеются ли в тексте признаки составления письменного текста в необычных условиях, признаки маскировки, намеренного искажения речевых навыков, выполнения текста под диктовку, признаки имитации чужого авторского стиля?

— имеются ли текстовые совпадения в сравниваемых текстах автора А. и автора Б.?

— каков объем текстуальных совпадений в сравниваемых текстах автора А. и автора Б.?

— является ли произведение оригинальным, самостоятельным произведением или имеет место редактирование или иная переработка текста, заимствованного из иных литературных источников?

— имеются ли в тексте автора А. фрагменты, которые являются пересказом, рефератом или результатом иной переработки текста автора Б.?

— является ли выражение, фраза, название произведения, часть произведения или произведение в целом оригинальным, самобытным, индивидуально авторским или общеупотребительным? .

Перечень вопросов далеко не исчерпывается указанными, и судебная практика может потребовать разрешения и других вопросов, относящихся к компетенции эксперта-автороведа.

Как видно, вопросы, которые могут быть разрешены с помощью судебной автороведческой экспертизы, охватывают широкий круг обстоятельств: характеристику письменно-речевых навыков автора, функционально-стилистическую, формальную и содержательную сторону исследуемого текста, факторы, влияющие на намеренное и ненамеренное искажение письменно-речевых навыков автора, текстуальное сходство произведений как продуктов речевой деятельности и т.д.

Читайте так же:  Оформить книгу для парня

В результате диагностического исследования текста на предмет установления факта переработки иным автором текста оригинального произведения, а также выявления степени текстуальных совпадений нескольких текстов или их фрагментов необходимо учитывать, что в автороведческой экспертизе в настоящее время нет формальных критериев определения «переработки» оригинального текста путем внесения в него технической правки, редакционных изменений, корректировки отдельных положений и т.д.

Кроме того, в автороведении остается нерешенной задача определения формального порога отождествимости исходного текста и переработанного, в том числе и путем пересказа или переизложения с использованием стандартных синонимических преобразований.

Не менее сложной задачей современной автороведческой экспертизы можно назвать выявление индивидуальной совокупности письменно-речевых навыков каждого автора в случае публикации текста в соавторстве, а также при корректировании или редактировании текста. Более сложная задача — это выделение творческого вклада каждого из авторов при неразделенном соавторстве.

Так, из-за сложности разграничения навыков письменной научной речи эксперты-автороведы не смогли в категорической форме решить вопрос о разделении соавторства каждой словарной статьи при проведении автороведческого исследования текста Толкового словаря русского языка авторов С.И. Ожегова и Н.Ю. Шведовой .

Галяшина Е.И., Ермолова Е.И. Перспективы развития автороведческой экспертизы в России // Судебная экспертиза. Научно-практический журнал. 2005. N 3. С. 5 — 11.

Необходимость установления авторства рукописного текста возникает, когда он выполнен под диктовку или переписан с текста иного документа, когда автор и исполнитель текста — разные лица, когда оспаривается авторство текста, когда необходимо установить факт наличия в тексте творческой индивидуальности создавшего его автора, разделить результаты творческого труда в произведении, созданного в соавторстве.

Как известно, авторское право на произведение науки, литературы или искусства возникает в силу факта его создания.

При отсутствии доказательств иного автором произведения считается лицо, указанное в качестве автора на оригинале или экземпляре произведения. Соавторство возникает в случае создания произведения совместным творческим трудом нескольких лиц. При этом совместный характер труда означает не совместный процесс труда, а результат, достигнутый совместным творчеством, так как авторское право распространяется на произведения, являющиеся результатом творческой деятельности. Определение же того, имеет ли место результат творческой деятельности в каждом конкретном спорном случае, — новая задача автороведческой экспертизы. Решается она исходя из степени проявления индивидуальной авторской самобытности в той или иной части текста или в тексте в целом.

При разрешении таких споров суду нужно установить факт соавторства и характер труда каждого из создателей произведения.

Вот типичный пример. Гр-н Колев подал иск о признании факта подготовки рукописи кандидатской диссертации на соискание ученой степени кандидата психологических наук не Жайковым, чья фамилия значилась на титульном листе, а Саниным, который написал ее «по заказу» за денежное вознаграждение. В доказательство своих доводов Колев представил рукопись диссертации, выполненную рукой Санина, а не Жайкова. Кроме того, по просьбе Жайкова Колев помог ему набрать рукописный текст на компьютере и распечатать его, изготовить автореферат диссертации от имени Жайкова. Текст рукописи при этом он забыл взять у Колева.

Фамилии и имена изменены.

В возражение к иску диссертант Жайков утверждал, что рукопись диссертации подготовлена им самостоятельно, однако признавал, что Санин, будучи его научным руководителем, принимал участие в редактировании и правке рукописи. Более того, поскольку первоначальный оригинал рукописи был испорчен, научный руководитель переписал ее «начисто», сделал правки своей рукой и отдал на печать.

На разрешение автороведческой экспертизы суд поставил следующие вопросы.

1. Является ли текст рукописи диссертации, выполненной от имени Жайкова, следствием переписывания письменного текста?

2. Кто является автором рукописи: Жайков или Санин?

3. Мог ли быть текст рукописи, диссертации выполнен в соавторстве Санина и Жайкова?

4. Носят ли изменения и исправления, внесенные в текст рукой Санина, технический характер или являются результатом творческой деятельности?

5. Является ли текст рукописи диссертации после ее редактирования результатом совместной творческой деятельности диссертанта и его научного руководителя?

6. Являются ли изменения и правки, внесенные в текст рукописи после ее набора на компьютере и распечатки, результатом творческой или технической деятельности Колева?

Выводы автороведческой экспертизы о том, что изменения и редактирование текста носили технический характер, что текст рукописи диссертации выполнен диссертантом самостоятельно и не является результатом соавторства диссертанта и его научного руководителя, имели важное значение не только для правильного разрешения гражданского дела, но и для отрицательного решения вопроса о лишении диссертанта ученой степени кандидата наук Высшей аттестационной комиссией (ВАК) Министерства образования и науки РФ. В данном случае выводы автороведческой экспертизы послужили основанием для отказа истцу в его заявлении как необоснованном.

Критериями, позволяющими выявить действительного автора текста, являются самостоятельное участие и творческий характер труда при создании произведения. В отличие от вышеприведенного примера сравнительно простой является задача выявление плагиата в случае, когда один из соавторов публикует материал под своей одной фамилией, используя дословно фрагменты статей, ранее опубликованных в соавторстве, но не оформляет их как цитаты и не ссылается на предыдущие публикации.

Судебные автороведческие экспертизы могут проводиться комплексно с экспертизами других родов. Достаточно часто назначают автороведческую экспертизу совместно с почерковедческой для установления автора текста, выполненного от руки; с судебно-психологической экспертизой (когда имеются сомнения в том, что в момент составления документа его автор осознавал свои действия и мог руководить ими); с судебно-психиатрической экспертизой (например, если необходимо установить психическую полноценность автора предсмертной записки при суициде); с фоноскопической экспертизой (например, когда авторизации подвергается устная речь, отображенная в графической форме, или возникает вопрос об авторстве озвученного текста); с компьютерно-технической экспертизой (когда исследованию подлежит контент сайта в Интернете, электронные документы, компьютерный сленг и т.д.).

Объекты автороведческой экспертизы составляют:

— рукописные и машинописные тексты;

— документы, выполненные полиграфическим способом;

— смс-сообщения, письма электронной почты;

— контент сайта в Интернете и т.д.

Новая правоприменительная практика вызвала потребность в исследовании ранее неизвестных для судебного автороведения объектов, расширении числа и вариативности текстов, направляемых на автороведческую экспертизу. Так, например, на автороведческую экспертизу нередко представляют тексты в виде твердой копии (распечатки на принтере) электронных документов, размещаемых на сайтах в Интернете, тексты обвинительных заключений, приговоров и решений судов, протоколов судебных заседаний, следственных действий, собраний акционеров, учредителей юридического лица, тексты, представляющие собой письменное отображение звучащей речи (текстовое содержание разговоров на фонограммах), тексты чистосердечных признаний, договоры, книги и журналы, словари и диссертации, плакаты и постеры, слоганы и товарные знаки и т.д. и т.п.

При этом расширяется и круг вопросов, которые ставятся перед экспертами или решаются ими в порядке экспертной инициативы.

Например, по текстам судебных решений — это вопрос о том, является ли представитель истца (ответчика) автором решения (определения) суда.

По текстам письменных документов ставятся вопросы о возможности их составления в соавторстве или переписывания с показаний других лиц, составления в необычном эмоциональном состоянии, под диктовку или под иным воздействием других лиц.

По литературным, художественным, научным произведениям ставятся вопросы о возможном незаконном заимствовании всего текста или его части, т.е. плагиате.

По рекламным текстам ставятся вопросы о наличии признаков креативности, творческой самобытности и индивидуальности авторского стиля.

По текстам, отображающим письменно звучащую речь, записанную на фонограмме, ставятся вопросы об авторизации реплик участников разговоров.

По текстам, отображающим контент сайта в Интернете, ставятся диагностические вопросы по установлению психологических, социальных характеристик их авторов и т.д. и т.п., однако, как справедливо отмечают ряд авторов, сегодня нет ни одной методики, позволяющей распознавать типы плагиата, в том числе путем заимствования и редактирования текстов, размещенных в электронном виде на сайтах Интернета .

Будко Т.В. Актуальные направления специального лингвистического анализа текстов для решения задач оперативно-розыскной, следственной и судебной практики // Криминалистические средства и методы в раскрытии и расследовании преступлений. Материалы 2-й Всероссийской научно-практической конференции по криминалистике и судебной экспертизе. Москва, 1 — 3 марта 2004 года. В 3 т. М., 2004. Т. 2. С. 117 — 121.

Объектами автороведческой экспертизы также могут выступать процессуальные документы (постановления, протоколы), аудио-, видеофонограммы, агитационные материалы и т.д. .

Галяшина Е.И., Галяшин К.Ю. Возможности судебно-речеведческих экспертиз в борьбе с преступностью в Интернете // Раскрытие и расследование преступлений, сопряженных с использованием средств вычислительной техники. Проблемы, тенденции, перспективы. Тезисы выступлений. М.: Пресс, 2005. С. 89 — 93.

Приведем такой пример. В арбитражный суд поступило заявление о признании недействительным решения собрания учредителей юридического лица о переизбрании исполнительного органа. На автороведческую экспертизу поступил протокол учредительного собрания, где были зафиксированы выступления ряда учредителей. На разрешение эксперта был поставлен вопрос об авторстве зафиксированных в протоколе высказываний. Как показало проведенное исследование, протокол составил один из учредителей, приписав другим высказывания, которые они не говорили, существенно исказив действительно сказанное. В результате иск был удовлетворен судом.

В связи с появлением новых объектов существенно расширился круг вопросов, которые ставятся перед экспертом-автороведом. На практике судьи испытывают затруднения с формулировкой вопросов экспертам, ошибочно ставят на разрешение автороведческой экспертизы вопросы либо не относящиеся к компетенции эксперта-автороведа, либо вовсе не требующие применения специальных познаний.

Например, гр-н А. подал иск о защите чести, достоинства и деловой репутации в связи с тем, что журналист в статье, рассказывающей о митинге студентов, приписал ему оскорбительные высказывания в адрес известного политика. Была назначена автороведческая экспертиза, на разрешение которой был поставлен вопрос: «Согласно смыслу и композиции статьи при прочтении ее создается ли у читающего мнение, что цитата, приписанная гр-ну А., принадлежит автору статьи или является цитатой высказываний участников митинга?» Понятно, что данный вопрос не относится к компетенции автороведческой экспертизы, поскольку автороведческая экспертиза производится с целью установления автора текста на основании анализа отобразившихся в нем особенностей письменной речи. В рамках автороведческой экспертизы возможна постановка вопроса о принадлежности спорной фразы конкретному автору.

Успех установления авторства по письменному тексту существенно зависит от объема спорного материала, качества и объема сравнительных образцов. Эмпирически установлено, что для решения задач автороведческой экспертизы необходимо иметь текст, минимальный объем которого составляет 100 — 150 слов, но он может варьироваться в некоторых пределах, в зависимости от принадлежности к конкретному функциональному стилю.

Под образцом письменной речи понимается текст, созданный в результате несомненного творчества проверяемого автора. Объектами могут быть рукописные, машинописные тексты, произведения, выполненные полиграфическим способом. Под текстом в автороведении понимается совокупность предложений, связанных единым смыслом, которые отражают письменно-речевые навыки создавшего его автора. То есть текст — это последовательность вербальных (словесных) знаков. Текст может быть письменным и устным. Текст должен обладать признаками связности, внутренней осмысленности, возможности своевременного восприятия, осуществления необходимых условий коммуникации. Поэтому в качестве сравнительных образцов не рассматриваются отдельные, разрозненные предложения или абзацы, фрагменты текста.

Образцы письменной речи могут быть свободными, условно свободными и экспериментальными.

Как показывает экспертная практика, наиболее информативными являются свободные образцы, составленные вне связи с рассматриваемым делом. В таких образцах наиболее полно, ярко и надежно проявляются особенности речевого поведения автора при составлении текста данного жанра и функционального стиля, отображается система языковых и интеллектуальных признаков. При их достаточном объеме и надлежащем качестве возможно достоверно установить пределы внутриавторской вариативности идентификационных признаков письменно-речевых навыков, их устойчивость и изменчивость в зависимости от тех или иных экстралингвистических факторов.

Главное требование, предъявляемое к свободным сравнительным образцам письменной речи, — достоверность их происхождения, т.е. достоверность составления данного текста единолично проверяемым автором, исключение возможности его корректировки, редактирования или иного изменения иными лицами.

Условно свободные образцы письменной речи — это тексты, составленные проверяемым лицом в период рассмотрения дела в суде, но не специально для производства автороведческой экспертизы (например, письменные возражения, письменные пояснения, жалобы, заявления, ходатайства и т.д.).

К ним также предъявляется требование проверки достоверности происхождения персонально от проверяемого лица и исключение возможного участия в их составлении третьих лиц (например, адвокатов, представителей и т.д.). Свободные и условно свободные образцы письменной речи удостоверяются судом с обязательной отметкой об исключении участия третьих лиц в их составлении.

Экспериментальные образцы письменной речи — это тексты, составленные проверяемыми лицами по предложению и в присутствии судьи в форме сочинения на заданную судом тему.

Общим требованием к образцам письменной речи является их сопоставимость с исследуемым текстом, авторство которого оспаривается или проверяется по следующим параметрам.

Язык изложения. Свободные, условно свободные и экспериментальные образцы письменной речи должны быть выполнены на том же языке, что исследуемый текст. Это связано с различием проявлений признаков в речи на разных языках и возможной интерференцией системы родного и неродного языка автора текста.

Время выполнения текста. Образцы должны быть выполнены примерно в тот же период времени, что и исследуемый текст. Это связано с тем, что письменно-речевые навыки относительно устойчивы и могут с течением времени меняться (например, уровень речевых навыков повышается вследствие повышения через каждые пять лет квалификации профессиональной деятельности государственных служащих, а также журналистов, юристов, педагогов, публичных политиков и т.д.).

Принадлежность к определенному функциональному стилю. Сравнительные образцы в большей своей части должны соответствовать стилю исследуемого текста (разговорно-бытового, официально-делового, публицистического, научного, художественного и т.д.).

Степень информативности текстов различных стилей в отношении проявления в них индивидуальных авторских навыков далеко не одинакова. Наименее информативны и потому наиболее сложны для выявления авторской индивидуальности официально-деловой и научный стили речи. Сложности возникают и в исследовании текстов публицистического стиля и художественной речи в силу возможного редактирования и корректировки текстов при их публикации.

В процессе собирания образцов письменной речи важно, чтобы они максимально были сопоставимы с текстами, авторство которых оспаривается или проверяется по ситуации речевой коммуникации. Еще одно требование к сравнительным образцам — это их достаточность по объему. Эмпирическим путем установлено, что образцы должны превышать объем исследуемого текста в 2 — 3 раза. Понятно, что чем более выражена в речевой деятельности авторская индивидуальность, тем меньше требуется материала для ее выявления и получения статистически значимых оценок. И наоборот, для текстов с меньшей степенью индивидуализации речи требование об увеличении объема сравнительных образцов становится во многом решающим.

Типовой ошибкой при назначении судебной автороведческой экспертизы является представление в качестве сравнительных образцов текстов, достоверность происхождения которых от конкретных проверяемых лиц вызывает сомнения. Проиллюстрируем это на примере.

По делу о разводе и определении места дальнейшего проживания ребенка с отцом или матерью истица заявила ходатайство о приобщении к материалам гражданского дела протоколов об административных правонарушениях, составленных в отношении отца ребенка. Однако в судебном заседании сторона ответчика заявила об их подложности, мотивировав тем, что протоколы были сфальсифицированы и что их автором является сама истица. В качестве свободных образцов письменной речи истицы были представлены копии ее жалоб в различные инстанции на бывшего супруга. Однако данные образцы также вызвали сомнение в их достоверности. Проведенное исследование специалистом, оформленное как акт экспертного исследования, выявило признаки письменной речи другого автора. В судебном заседании истица признала, что в написании жалоб ей помогал адвокат, и согласилась представить экспериментальные тексты, составленные лично ею. Назначенная по делу автороведческая экспертиза подтвердила доводы стороны ответчика. Выводы экспертизы легли в основу решения суда об определении места проживания ребенка в доме отца, а не матери.

Читайте так же:  Отчетность бмз

Как известно, акт экспертного исследования также оценивается судом с позиции относимости, допустимости, достоверности, значимости, достаточности. Если он отвечает всем этим требованиям, суд вправе принять его как доказательство и судебную экспертизу не назначать. Если же вопрос об относимости и значимости решается отрицательно, документ как доказательство не может быть использован и он отклоняется. При положительном решении этого вопроса, но сомнениях в достоверности мнения сведущего лица рассматривается вопрос о целесообразности и возможности назначения судебной экспертизы. Процедура и порядок назначения судебной экспертизы при повторном рассмотрении дела общие (ст. 79, 84 ГПК РФ, ст. 82, 83 АПК РФ).

Еще один пример. По делу о защите авторских прав на основании определения П-го районного суда г. Москвы была проведена автороведческая экспертиза. Перед экспертом были поставлены следующие вопросы.

1. Является ли автором каких-либо фрагментов текста учебного пособия «Справочник юного химика» (автор — Зенков П.Р., издательство, место и год издания) Т.Р. Трубов? Если такие фрагменты есть, то какова их доля к общему объему учебного пособия?

Название и фамилии изменены.

2. Является ли автором каких-либо фрагментов текста учебного пособия «Справочник для юного химика» (автор — Трубов Т.Р., издательство, место и год издания) П.Р. Зенков? Если такие фрагменты есть, то какова их доля к общему объему учебного пособия?

На экспертизу представлены:

— учебное пособие «Справочник юного химика», автор — Зенков П.Р., издательство, место и год издания;

— учебное пособие «Справочник для юного химика», автор — Трубов Т.Р., издательство, место и год издания.

В качестве сравнительного материала представлены свободные образцы, в которых авторство указанных лиц достоверно установлено в судебном заседании и не оспаривалось сторонами по делу:

— Зенкова П.Р. раздел в учебнике «Общая химия»;

— Трубова Т.Р. в учебных пособиях «Химия. Практикум», «Учебник по химии для вузов».

— автором фрагментов текста учебного пособия «Справочник юного химика» (автор — Зенков П.Р., издательство, место и год издания), перечисленных в приложении 1, является Т.Р. Трубов. Доля этих фрагментов к общему объему учебного пособия составляет 6,09%;

— автором фрагментов текста учебного пособия «Справочник для юного химика» (автор — Трубов Т.Р., издательство, место и год издания), перечисленных в приложении 1, является П.Р. Зенков. Доля этих фрагментов к общему объему учебного пособия составляет 1,78%.

С учетом выводов экспертизы сторонами было достигнуто мировое соглашение.

Приведем еще один пример.

В электронной версии газеты «Земский обыватель» во время выборов в депутаты местного Совета г. Наров было опубликовано 7 статей, все посвященные негативной деятельности кандидата в депутаты И.И. Исанова. Носили характер агитации против его избрания. Статьи были озаглавлены «Мошенничество Исанова», «Лучше бы не обнажался», «Черного кобеля не отмоешь добела» и так далее и подписаны именами разных авторов. Во всех статьях содержались утверждения о совершении Исановым противоправных действий, которые назывались авторами «мошенничеством», «использованием служебного положения в личных и корыстных целях» и т.д. Последний выборы проиграл и подал в суд иск о защите чести и достоинства к главному редактору газеты. Ответчик отказался признать иск и подал встречный иск, мотивируя тем, что «размещенная на сайте газета — фальшивка», он не является автором ни одной из опубликованных на сайте статей, более того, «фальсификаторы пытались имитировать его стиль, использовали его индивидуально-авторские приемы подачи и изложения информации с целью его дискредитации».

Названия и фамилии изменены.

На разрешение автороведческой экспертизы был поставлен только один вопрос. Является ли П.П. Петров — главный редактор газеты «Земский обыватель» — автором всех или какой-либо из статей, опубликованных в N 12 на сайте сетевого издания газеты?

Проведенная экспертиза установила, что П.П. Петрову — главному редактору газеты «Земский обыватель» — принадлежит авторство 3 из 7 статей, опубликованных в спорном издании. На основании вывода экспертизы главный редактор был привлечен к гражданско-правовой ответственности за распространение сведений, порочащих честь и достоинство Исанова, и обязал газету опубликовать опровержение.

Проиллюстрируем возможности автороведческой экспертизы еще на одном примере.

На автороведческую экспертизу поступили расписка гр-ки И.В. Зайцевой от 10.11.2005 на 1 листе; исковое заявление гр. И.К. Нубового о взыскании задолженности от 04.12.2005 на 1 листе.

На разрешение экспертизы поставлены следующие вопросы.

1. Составлены ли исковое заявление и расписка одним и тем же лицом?

2. Является ли для человека, составившего расписку, русский язык родным?

Исследуемые тексты составлены в официально-деловом функциональном стиле (тексты вышеуказанных материалов являются типовой формой официальных документов, что сводит к минимуму выявление индивидуальных признаков качественно-атрибутивными методами); в текстах отражены высокие уровни развития лексико-фразеологических, синтаксических, стилистических, орфографических и пунктуационных навыков их автора. При сравнении исследуемых текстов между собой установлены совпадения общих и частных признаков письменной речи, выявленных методами математического моделирования языковых структур.

При оценке результатов сравнения установлено, что совпадающие общие и частные признаки по объему и значимости достаточны для вывода о том, что оба документа составлены одним и тем же лицом.

При дальнейшем исследовании текста расписки установлено, что для человека, составившего расписку и исковое заявление, русский язык не является родным языком. Проявившиеся признаки интерференции русского и родного языка автора документа позволили сделать вероятный вывод, что родной язык автора, вероятно, татарский. В результате в удовлетворении иска о взыскании задолженности было отказано.

При оценке заключения эксперта-автороведа суду необходимо учитывать, что заключение эксперта должно отвечать общим требованиям относимости, допустимости и достоверности, предъявляемым к судебным доказательствам.

Проиллюстрируем это на примере.

Частному эксперту-автороведу, филологу по образованию, не имеющему профессионального экспертного образования, была назначена автороведческая экспертиза, на разрешение которой поставлены вопросы о том, кто из двух проверяемых авторов является действительным автором представленного литературного произведения. В исследовании использовалась методика количественного анализа квазисинонимичных лексем. Данная методика была заимствована из литературоведения и структурной поэтики, где используется для характеристики стиля писателя и «особенностей видения его мира». Методика позволяет выявить авторские предпочтения в выборе из группы квазисинонимов — близких по значению слов или устойчивых словосочетаний (фразеологизмов). В качестве единиц анализа были взяты наречия, частицы, вводные слова и выражения, идиомы, союзы и союзные слова. В результате исследования эксперт сделал вывод о том, что «выявленные особенности авторского языка могут рассматриваться как существенный фактор в пользу признания авторства» одного из двух проверяемых лиц. Такой вывод не имел для суда никакого доказательственного значения в силу своей неопределенности и некатегоричности суждения. В удовлетворении исковых требований было отказано.

И это понятно, ведь выводы экспертов, основанные только на собственных субъективных впечатлениях и догадках, носят характер гипотезы, а не научно установленных фактов и, соответственно, могут быть использованы как обосновывающее знание для выработки следственных версий, но не как доказательства в судопроизводстве, а неполнота материалов, представленных экспертам, создает неустранимые сомнения в правильности их выводов, объективности проведенного исследования и доброкачественности использованных материалов.

Согласно существующим требованиям к заключению судебной автороведческой экспертизы в исследовательской части заключения описывается процесс исследования и его результаты, а также дается научное объяснение установленным фактам, излагаются:

— методы и приемы исследований, которые описываются доступно для понимания лицами, не имеющими специальных знаний, подробно, чтобы при необходимости можно было проверить правильность выводов эксперта, повторив исследование;

— обоснование и объяснение принятых при производстве расчетов (подсчетов) величин (показателей) при применении количественных методов оценки общих и частных письменно-речевых навыков;

— справочно-нормативные материалы (методики, инструкции, рекомендации), которыми эксперт руководствовался при решении поставленных вопросов с указанием даты и места их издания;

— экспертная оценка результатов исследования с развернутой мотивировкой суждения, обосновывающего вывод по решаемому вопросу .

См., напр.: Возможности производства судебных экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях Минюста России / Под общ. ред. начальника Управления судебно-экспертных учреждений Минюста России Т.П. Москвиной. М.: РФЦСЭ при МЮ РФ, 2004.

Обоснованность заключения эксперта предполагает научную, логическую и методическую грамотность проведенного исследования и изложения его результатов, а также подтверждение выводов эксперта соответствующими фактами и аргументами. Таким аргументом, имеющим объективный характер, служит развернутая характеристика примененных методов и выявленных признаков, а также детальное описание хода и результатов проведенных исследований.

Оценка полноты и всесторонности заключения эксперта-автороведа предполагает проверку того, все ли тексты были подвергнуты автороведческому исследованию, были ли выявлены все необходимые идентификационные или диагностические признаки, достаточно ли было выявленных признаков для аргументированного ответа на поставленный вопрос и т.д.

Распространенной ошибкой является ситуация, когда не указано, на основании какой методики проводилась экспертиза, когда и кем была апробирована (утверждена) эта методика, какова ее надежность. Как известно, методы, средства, сведения, на которые опирается эксперт, должны быть научно обоснованы, апробированы и достоверно установлены . Другая ошибка — отсутствие обязательных частей заключения, отсутствие указания на использованные методы и ссылок на научную литературу, поверхностность анализа языковых средств и примитивизм их описания. Зачастую заключение эксперта страдает алогизмом суждений или недостаточно мотивировано.

Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР / Отв. ред. — первый заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации В.И. Радченко. М.: Юрайт, 1999. С. 148.

При проведении судебной автороведческой экспертизы двух учебных пособий разных авторов эксперт указал, что в них имеются текстуальные совпадения, при этом ряд фрагментов «связаны отношением полного или почти полного сходства», ряд фрагментов связаны отношением «близкого сходства», часть фрагментов «связаны отношениями частичного сходства (по форме и/или смыслу), а также смыслового сходства при частичном формальном сходстве». Объем «сходных» фрагментов в книге автора N 1 составляет 9,8% от общего объема книги автора N 2. При оценке данного заключения арбитражный суд пришел к выводу, что экспертное заключение является неполным, необоснованным и выполненным с нарушением требований методик, и назначил повторную экспертизу. По заключению повторной экспертизы автор книги N 1 не является автором фрагментов из книги N 2, сходных по формальным и содержательным признакам. Сходство указанных фрагментов было обусловлено цитированием источников нормативно-правового характера, не относящихся к объектам, охраняемым авторским правом. Сходные фрагменты не содержали признаков проявления индивидуальности авторского стиля, которая заключается в наличии специфической совокупности авторских стилистических приемов, характеризуется наличием индивидуального своеобразия отбора и комбинации различных языковых средств и их трансформации в предложенной автором концепции. Заключение повторной автороведческой экспертизы послужило основанием для отказа в удовлетворении иска.

Применяемые методики должны соответствовать современному уровню научных знаний в данной области, методическим рекомендациям, обобщенной экспертной практике, изложенной в методической и специальной литературе Министерства юстиции РФ и других министерств, ведомств и организаций. Приступив к производству экспертизы, эксперт должен применять рекомендованные экспертные методики и имеющиеся в его распоряжении технические средства для полного, объективного и научно обоснованного решения поставленных перед ним вопросов. Сведения о примененных методиках, которыми эксперт руководствовался при разрешении поставленных вопросов, обязательно указываются в исследовательской части заключения .

Инструкция по организации производства судебных экспертиз в экспертно-криминалистических подразделениях органов внутренних дел РФ. Подп. 27, 31.

Оценка заключения эксперта-автороведа не должна быть формальной. Как справедливо отмечается рядом ученых , в одних случаях эксперт может прийти к обоснованному выводу на материале ограниченного объема при наличии высокоинформативных признаков, в других — категорический вывод будет невозможен и на тексте значительного объема из-за слабо выраженной индивидуальности письменно-речевых навыков автора или их маскировки.

Современные возможности судебных экспертиз. Методическое пособие для экспертов, следователей и судей. М.: РФЦСЭ МЮ РФ, 2000. С. 16 — 23.

Причина многих экспертных ошибок автороведов — отсутствие единого научно-методического подхода к проблемам речеведческих экспертиз, в том числе и автороведческой, а также восполнение пробела в методической литературе и экспертной практике.

Так, в разных ведомствах до сих пор отсутствует единый научно-методический подход к экспертной практике, профессиональной подготовке и специализации экспертов, хотя это прямо предписано ст. 11 ФЗ ГСЭД. Так, в перечне родов (видов) экспертиз, производимых в экспертно-криминалистических подразделениях органов внутренних дел РФ, экспертная специальность, по которой проводится аттестация на право самостоятельного производства судебных экспертиз, именуется «автороведческая экспертиза», совпадая с наименованием рода (вида) экспертизы . Тогда как в аналогичном Перечне экспертных специальностей, по которым предоставляется право самостоятельного производства судебных экспертиз в судебно-экспертных учреждениях Минюста России, род «автороведческая экспертиза» не совпадает с названием экспертной специальности «Исследование письменной речи».

Приложение 2 к Приказу МВД России от 29 июня 2005 г. N 511 «Вопросы организации производства судебных экспертиз в экспертно-криминалистических подразделениях органов внутренних дел РФ».

Вопрос о единообразной терминологии и наименованиях далеко не праздный и должен быть разрешен.

Другие статьи:

  • Доверенное лицо кандидата полномочия Статья 43. Доверенные лица кандидатов, политических партий Информация об изменениях: Федеральным законом от 21 июля 2005 г. N 93-ФЗ статья 43 настоящего Федерального закона изложена в новой редакции Статья 43 . Доверенные лица кандидатов, политических […]
  • Конный развод караула в кремле расписание 2019 Церемония развода караулов на Соборной площади Кремля В тёплое время года в Кремле на Соборной площади каждую субботу в 12 часов дня проходит церемония развода пеших и конных караулов президентского полка. Увидеть её может любой, кто приобретёт стандартный билет […]
  • Штраф за несвоевременную постановку на учет в военкомат Я прописан, но на учет не встал В 2005 году я прописался в Белгородской области, но на учет в военкомат не встал. (в паспортном при прописке, видимо, "договорились" (просто, пропиской, родственник на тот момент занимался)). Потом сам хотел выписаться, они […]
  • Учебные пособия литература по менеджменту Учебники по менеджменту Учебники по менеджменту: скачивайте полные тексты без регистрации. Вы можете скачать без регистрации полные тексты учебников, учебных пособий, курсов лекций. Вы можете также читать учебники онлайн. По этим учебникам вы можете изучать […]
  • Бракеражная комиссия в лпу приказ Приказ Минздрава РФ от 5 августа 2003 г. N 330 "О мерах по совершенствованию лечебного питания в лечебно-профилактических учреждениях Российской Федерации" (с изменениями и дополнениями) Приказ Минздрава РФ от 5 августа 2003 г. N 330"О мерах по совершенствованию […]
  • Судебная экспертиза правовое регулирование Судебная экспертиза: правовое регулирование, организация, современные возможности (Нестеров А. В.) («Журнал российского права», 2005, N 8) СУДЕБНАЯ ЭКСПЕРТИЗА: ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ, ОРГАНИЗАЦИЯ, СОВРЕМЕННЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ А. В. Нестеров, профессор кафедры судебной […]
  • Адвокат по трудовым спорам в новокузнецке Дорофеева и партнёры Юридическое агентство "Дорофеева и партнеры" – это команда профессионалов с классическим высшим юридическим образованием. Это слаженный коллектив с богатой уникальной практикой. Мы ставим реальные цели и делаем всё возможное, чтобы добиться […]